?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile My Website Previous Previous Next Next
Игорь Ермоленко: «К сожалению, у многих журналистов нет чувства собственного достоинства» - Прорвемся, САМАРА!
Здравствуйте! С Вами Игорь Ермоленко!!!
151151
151151
Игорь Ермоленко: «К сожалению, у многих журналистов нет чувства собственного достоинства»
Не обижайтесь, друзья и коллеги, это относится не к каждому) но ко многим.

«Парк Гагарина» продолжает серию публикаций о журналистике. Мы беседуем с коллегами о том, что такое современная журналистика в Самаре? Где грань между журналистикой и пиаром, между журналистикой и пропагандой? Почему она с каждым годом становится все тоньше?

Говорим мы о современной самарской журналистике не только с представителями профессии. Важен ведь и взгляд со стороны. Поэтому наш сегодняшний гость — Игорь Ермоленко, руководитель самарского регионального отделения партии «Яблоко»

— Игорь Юрьевич, какой вы помните самарскую журналистику?

— Журналистика разная была. Была более свободная, креативная. Более спокойная. Менее зависимая административно. В разное время она была разной.

Наверное, мы оцениваем журналистику в историческом контексте через свою жизнь. Поэтому, если меня спросить сейчас, о советском детстве я могу вспомнить что-нибудь радостное и счастливое — трава зеленее, вода мокрее. Не готов к анализу глубокомысленному на тему того, какова была журналистика раньше и какова она сейчас по сравнению с тем периодом. Какие-то субъективные вещи могу для себя понять и сформулировать. Был более широкий рынок СМИ, была более высокая конкуренция среди журналистов. Для того, чтобы свой продукт продать не только органам власти, как это сейчас происходит с большинством оставшихся в живых СМИ, необходимо было давать интересный читателю продукт, интересный зрителю продукт. Некоторое время назад, лет 10, наверное, сфера СМИ была более разнообразной и более конкурентной. Сейчас получилось так, что СМИ поделились: большая часть работает по контрактам с органами власти — они освещают ровно то, что им говорят, — и какие-то издания, их гораздо меньше, которые позволяют себе наличие собственной точки зрения. Разнообразие этих точек зрения сейчас гораздо более узкое, нежели это было некоторое время назад.

— Чего бы вам хотелось видеть в СМИ, помимо разнообразных точек зрения?

— Да, честно говоря, особо уже ничего. Сейчас информационное поле формируется таким образом, что СМИ в них занимают не самую обширную площадь. Поскольку-постольку.

Я вот целенаправленно не смотрю телевидение, кроме трансляций матча Чемпионата мира по футболу, целенаправленно не слушаю никакое радио, кроме тех, что мне случайно могут включить в такси, и не покупаю ни единой газеты в принципе. У меня по дороге из дома на работу убрали киоск «Роспечати» — я перестал покупать прессу и не чувствую себя в чём-то ущемленным. В последнее время я и покупал только одну местную газету, поскольку у меня сложилось впечатление, что кроме этой газеты не было больше нигде достаточного объёма интересующей меня информации. А интересует меня, в первую очередь, разнообразие информации, независимость информации, независимость оценок, наличие личной точки зрения автора, который её аргументирует какими-то вещами, которые не стыдно читать.

— По вашему мнению, влияет ли сейчас аудитория на то, как меняется рынок СМИ?

— К сожалению, на рынок масс-медиа влияет в основном рубль. А рубль этот, как правило, у власти. Большая часть самарских изданий выжила, потому что имеет информационные контракты с органами власти и освещает их деятельность в том русле, в каком это властям нужно. Может быть, именно поэтому и сужается сфера информационных каналов в старом его понимании, в понимании СМИ как неких зарегистрированных организаций. Сейчас информационное поле формируется совершенно другим образом — это Telegram-каналы, это социальные сети, какие-то блоги. Они заполнили собой нишу, которую потеряли официальные СМИ.

— Все, с кем я говорил до вас о журналистике, утверждают что сейчас практически размыта грань между пропагандой и журналистикой?

— Зачастую, да, потому что большая часть официальной журналистики это СМИ, которые сидят на контрактах. Их задача — освещение в нужном русле той информации, которую им спускают пресс-релизами организации, которые для них являются работодателями. Официальная журналистика — это в первую очередь пропаганда. И, к сожалению, у многих журналистов нет чувства собственного достоинства, чтобы отражать свою личную точку зрения или хотя бы давать разнообразие точек зрения на одну и ту же проблему. А это, на мой взгляд, основная задача журналиста. Мы эту сферу независимой журналистики, ответственной журналистики, теряем, она подменяется ровно тем, что мы можем подобрать с пола, что называется. Это, как правило, анонимные и не несущие ответственности источники. Они дают разнообразие точек зрения и личную позицию авторскую, но не несут какой-то серьезной ответственности за качество информации, предоставляемой своим потребителям.

— Что должно произойти, чтобы повесткой дня стало то, что на самом деле происходит?

— Запретить содержание СМИ органами власти. Я думаю, что как только будет запрет или какие-то серьёзные существенные ограничения в финансировании со стороны государства или органов муниципальной власти прессы, большая часть традиционных СМИ будет вынуждена выходить в конкурентное пространство в поисках своего читателя и своего рекламодателя. Тогда, наверное, эта сфера немножко оживёт и тогда мы сможем говорить не только о возрождении СМИ, но и о появлении какой-то ответственности со стороны источников информации.

— На ваш взгляд, СМИ могут манипулировать общественным мнением?

— Безусловно. Мы это видим по Первому каналу и по замерам всех социологических служб. Относительно качественно сделанная ложь имеет своего потребителя и она, к сожалению, достаточно деятельной может быть. Эта пропаганда подменяющая собой журналистику имеет своего потребителя и, увы, массового потребителя.

— Это может измениться благодаря появлению нового поколения журналистов?

— Я не вижу нового поколения журналистов. Я вижу возможности расширения информационного поля за счёт других поставщиков информации. Необязательно для этого быть журналистом. Хотя журналистское образование, на мой взгляд, вещь действительно нужная и важная, если люди смогут им качественно распоряжаться.

В большей степени я надеюсь на изменение ситуации за счёт того, что государство должно уходить из сферы масс-медиа. Прекратить содержать телекомпании и газеты. Тогда издания будут искать читателя, рекламодателя, потребителя своей информации. Будут искать качественных журналистов. Будет ли это новое поколение журналистов, или же будут возвращаться те мастодонты, которые гнушаются работать в нынешних СМИ? Мне безразлично, какое поколение будет делать качественный независимый журналистский продукт. Мне этот продукт нужен и важен. Сейчас я его вынужден подменять информационными каналы, которые при этом, той традиционной медийной ответственности, что была у СМИ не несут. Мы поменяли наличие информации на её качество, а совместить и качество и объём и само наличие информации, возможно только при смене подхода государства к рынку медиа.

— Каким СМИ вы сами доверяете? Или только Telegram-каналам?

— Я не могу сказать, что я являюсь фанатом тех или иных каналов. Telegram-канал это для меня некий набор информации, которая может сформировать некую картинку дня. Я не являюсь фанатом ни одного средства информации в принципе, не являюсь фанатом какого-то канала, для меня они важны в разнообразии. Исключительно это разнообразие я и ценю. Мне не важно какой именно автор регулярно выдаёт такую-то информацию, мне важно, чтобы была точка зрения по этой проблеме этого автора, другого автора по этой же проблеме. Тогда мне это поможет сформулировать свою точку зрения.

— Какой канал информации вы точно не будете отслеживать?

— Я не могу сказать, что у меня есть какие-то табу, но мне на уровне иммунной системы неприятно смотреть федеральные телеканалы. Я для себя их в общем-то несколько лет назад вычеркнул. Не потому что у меня какое-то предубеждение, просто потому что неприятно по-человечески это смотреть. Мне это не интересно, это делается таким образом, что у меня вызывает отторжение.

— Вы активно пользуетесь Фейсбуком. Вас можно назвать блогером?

— Наверное, да, я блогер. Я в Фейсбуке, я в Твиттере, я ВКонтакте, я во всех социальных сетях стараюсь присутствовать. Это возможность получить новую информацию и это возможность общаться с людьми с которым тебе интересно, с которым тебе важно общаться. Я понимаю, что социальные сети не являются равноценной заменой нормальных информационных источников, но на безрыбье и рак рыба. К сожалению, уровень доверия к официальным СМИ довольно низок. Мне интересны точки зрения различных людей. Интересно, что мне напишут, пусть даже не совпадающие со мной во взглядах люди в Фейсбуке. Информационное поле, к сожалению, для традиционных СМИ, стало формироваться совсем другим способом. И на этот вызов они ответить сейчас не готовы. В силу своей финансовой зависимости от организаций их содержащих.

— Вы считаете ваше мнение важно для вашей аудитории в социальных сетях?

— Не уверен, что я для них адептом являюсь, как и для меня нет никаких кумиров. Наверное, как один из источников формирования информационного поля я для своих подписчиков являюсь важным звеном. Надо независимо воспринимать то, что происходит вокруг, анализировать те или иные точки зрения и не бояться высказывать свою. Я понимаю, что у меня нет круга читателей, которые являются моими последователями, но есть люди с совпадающей с моей точкой зрения. Или не совпадающей. Тогда мы вступаем в дискуссии. Это здорово и замечательно. К сожалению такие дискуссии ушли из традиционных медиа, в первую очередь с телевидения. Даже в форме дебатов во время политических выборов их тоже нет. Социальные сети вынуждены собой это заменять. Смогут ли СМИ переориентироваться, я пока не знаю. Дай бог, если кто-то сможет.

— Чего бы вы пожелали людям, создающим новые медиапроекты?

— Найти свою аудиторию — всегда важно создать качественный продукт, который будет охватывать не вообще всё в этой жизни, а именно тот интерес, который позволит вокруг себя сложить эту аудиторию. Найти язык с этой аудиторией общий. Всем угоден быть не сможешь, а быть интересным какой-то аудитории вполне. Я желаю новому поколению самореализации.

Мне интересны конкретные люди, а не СМИ. Интересной может быть, Ксения Маянова из «СитиТрафика», Екатерина Колесникова из «Комсомолки». Интересен Виталий Папилкин, а не очередное СМИ, которое его возьмет на работу. При том, что не во всем я могу с ними соглашаться, но их точка зрения и их активность личная, мне интересны.

Что желать новому поколению? Быть востребованными и суметь самореализоваться. К сожалению, сейчас в нашем медийном пространстве для самореализации у журналистов мало возможностей. Есть люди, которые в каких-то своих СМИ держат ещё позицию, а те СМИ, которые больше привязаны к государству, они, к сожалению, утратили личностный потенциал. Пропала харизма людей там работающих. Не говорю, что люди плохие и неинтересные, но они работают ровно над теми темами и ровно в том ракурсе в котором это спускается сверху. Мне было бы интересно ничего не менять в кадровом смысле, но увидеть этих людей в ситуации свободы. Думаю, они были бы совершенно другими. Я желаю всем журналистам работать в ситуации внутренней свободы. Это не значит, что надо продавливать свою личную точку зрения, но быть как можно менее ограниченными со стороны заказчика. Наверное, это самое главное пожелание для тех, кто работает в сфере медиа профессионально.

Беседовал Тимофей Королев

parkgagarina.info/index.php/intervyu/28054-igor-ermolenko-k-sozhaleniyu-u-mnogikh-zhurnalistov-net-chuvstva-sobstvennogo-dostoinstva.html

Tags: , ,

2 comments or Leave a comment
Comments
vasyapoopkin From: vasyapoopkin Date: July 13th, 2018 04:32 am (UTC) (Link)
интересно, а когда оно у них было? в совке когда славили кпсс, или в девяностые когда гнали джинсу, или в нулевые когда этнопреступность захватывала страну и все молчали?
151151 From: 151151 Date: July 13th, 2018 04:52 am (UTC) (Link)
за совок говорить сложно, в остальные упоминаемые времена такие были) не в большинстве, увы
2 comments or Leave a comment